Альберт Давлеев. Рынок птицы: уроки уходящего года

Альберт Давлеев. Рынок птицы: уроки уходящего года

21 Февраля 2014
Альберт Давлеев. Рынок птицы: уроки уходящего года

2013 год прошел для рынка мяса птицы России в тревожном ожидании дальнейшего падения и робкой надежды на улучшение. Кто-то называет это кризисом перепроизводства, кто-то - преднамеренной политикой банков и властей по разорению отрасли, кто-то винит розницу и оптовиков в сговоре, а кто-то - проклятую и ненужную ВТО в подрыве национальной экономики. На самом деле, и у производителей, и у импортеров произошло, то называется «perfectstorm» - «идеальный шторм», когда воедино слились несколько критических факторов. Это - резкое падение обеспеченного потребительского спроса, рекордные цены на фуражное зерно, задержки выплаты средств господдержки, увеличение объема импорта из Беларуси и Украины, возросшая конкуренция со свининой в секторе мясопереработки и появление конкуренции с ней же на полках магазинов.

 

Результат легко отследить по новостям на Мясо-Портале: банкротства крупнейших производителей и импортеров мяса птицы, таких как Оптифуд, Рубеж, Урал-Бройлер, ОГО, Сибирская губерния, Киров-Хлеб и более десятка более мелких региональных птицефабрик. Чудес не бывает: остановившееся в росте благосостояние россиян, в течение многих последних лет «двигавшее» спрос на мясо птицы вверх, уже не может поддерживать его в условиях рецессии, заставившей даже руководство страны снизить вдвое показатели роста ВВП и начать применять меры ужесточения финансово-кредитной политики.

 

Сокращение обеспеченного платежеспособного потребительского спроса, начавшееся еще в конце 2012 года, привело к снижению реализации отечественной продукции, накоплению складских запасов, вынужденному демпингу для получения оборотных средств, необходимых для закупки кормов, а значит, еще большему сокращению рентабельности, и без того подорванной более чем двукратным ростом стоимости фуражного зерна. Вот и получили российские птицеводы в 2013 году, в среднем, 5-7-процентную рентабельность вместо традиционных для «тучных» лет 15-20%. Трещат по швам бизнес-планы, банки нервно теребят залоги и урезают финансирование по любому техническому поводу, акционеры недовольным менеджерами, службы продаж стонут от бессилья, а закупщиков в рознице падение цен даже не радует, поскольку и сама розница отмечает падение продаж по всем категориям.

 

А кому хорошо? Импортеры мяса птицы опять сработали практически «в себестоимость», чтобы только сохранить исторические объемы квот, которые для многих становятся обузой, не приносящей прибыли на фоне падения цен на замороженную продукцию, прежде всего, отечественного производства. В результате, традиционный «дискаунт» в 5-7 рублей за килограмм импортной птицы относительно отечественной снизился в разы, а невозможность хранить товар на холодильниках в течение долгого времени заставило и импортеров «сбрасывать» его по любой цене, которая хоть сколько-нибудь «двигала» его в региональный опт. Усугубило процесс постепенное ослабление рубля, сделавшее импортный товар дороже. Впрочем, никакие попытки ни российских производителей, ни импортеров «слить» свою продукцию так и не привели к росту реализации ее объемов.

 

Падение продаж волной проходит по всей цепочке поставок и производства, подрывая и смежные бизнесы: приобретение птицефабриками импортного оборудования для завершения новых проектов или модернизации старых происходит хотя и в рамках господдержки инвестпрограмм до 2016 года, но уже по рекордным валютным курсам. Закупки соевого шрота падают из-за все большей замены его в кормовых рецептурах альтернативным протеином; производители оборудования радуются уже не заказам новых машин, а просто продажам запчастей и комплектующих; поставщики ветпрепаратов и кормовых добавок идут во все тяжкие, чтобы выдавить конкурентов из своей сферы; безработные менеджеры закрывшихся и проблемных предприятий десятками ищут вакансии; и таких примеров – десятки. Рецессия пришла и на «птичий рынок».

 

Каким же видятся уроки 2013?

 

Нужно понимать, что рецессия находится только в самом начале. Она заставит всех в корне пересмотреть подходы к экономике, производству и реализации продукции, исходя из новых реалий. На самом деле, реалий не таких уж новых для абсолютного большинства стран, которые, в отличие от России, давно уже вынуждены лавировать среди кризисов и спадов, постоянно повышая производительность труда, всеми доступными способами снижая издержки, прогнозируя и гибко реагируя на грядущие и текущие изменения.

 

Государству следует серьезно задуматься о пересмотре целей и принципов реализации национальной программы развития сельского хозяйства, стимулируя использование сельхозсырья на территории России отечественными производителями. Почему же не сократить его продажу за рубеж, глубокую переработку, конвертацию ресурсов в готовую продукцию, которая добавляет ей стоимость, сохраняет рабочие места, увеличивает налоговую базу и стимулирует потребление? И уж совсем недопустимо задерживать уже утвержденные в бюджете средства государственной поддержки, которые, начиная с будущего года, и так будут сокращаться в силу обязательств по вступлению в ВТО. Снижение сельхозпроизводства означает сокращение зарплат и рабочих мест, только увеличивает социальную напряженность и переводит экономические проблемы в политическую плоскость.

 

Финансистам стоит срочно и очень внимательно пересмотреть реализуемые бизнес-планы, провести их аудит, выделить проблемные активы еще до момента их перехода в банкротство. Кредитные комитеты банков во многих случаях и по разным причинам не хотят использовать для этих целей независимых профессиональных консультантов, обрекая выделенные и обслуживаемые средства на невозвраты, а залоги – на обесценивание.

 

Инвесторам уже сейчас все не интересно. Проблемных активов на продаже – хоть отбавляй, их долги значительно превышают стоимость, EBIT на минимуме, а новые проекты вряд ли окупятся в 5-7-летней перспективе, которая в большинстве случаев является целевой для возврата инвестиций и получения дополнительной прибыли. Причем, в кризисные периоды требования к ROI значительно возрастают. Так что рассчитывать на прилив новых средств или удачную сделку по перепродаже в ближайшие годы, пожалуй, не стоит. Редкими исключениями становятся лишь крупные профессиональные компании, имеющие либо высокий уровень ключевых компетенций, либо серьезных западных инвесторов, либо жесткие и обеспеченные гарантии государственной поддержки на федеральном или региональном уровне.

 

Импортерам нужно перестать ждать «манны небесной», которая в одночасье или даже медленно восстановит цены продаж на прежних уровнях. Мировое продовольствие в долгосрочной перспективе будет дорожать, и мясо птицы не является исключением. А с прогнозируемой и даже планируемой поэтапной девальвацией рубля импортный товар будет стоить еще дороже. Так что придется продолжать «работать на объеме» и проявлять чудеса выдержки и гибкости, продавая его уже не тысячами и сотнями, а «мелкими дробями», десятками тонн, и то – как «довесок» к наиболее востребованным позициям мясного ассортимента.

 

Рознице придется идти глубже в регионы и вкладывать значительные средства в логистику и инфраструктуру, которая позволит переваливать и продавать охлажденное мясо птицы с небольшим сроком хранения и расширять предложение на «птичьей» полке, чтобы «снять» с нее требуемое количество прибыли. Политика некоторых сетевых байеров по «сталкиванию лбами» нескольких поставщиков хоть и приносит определенные краткосрочные дивиденды, но заметно снижает качество закупаемой продукции и, в долгосрочной перспективе, разрушает бизнес поставщиков. Сетям следует задуматься о стратегическом партнерстве с тем компаниями, кто уже долгие годы берегут свою репутацию и качество своих продуктов, поддерживая тем самым имидж самого розничного оператора и его лояльных покупателей.

 

Переработчикам предстоит сделать нелегкий выбор между свининой и птицей, которые во многом взаимно заменяют друг друга, между готовыми изделиями и полуфабрикатами, между замороженными продуктами и охлажденными, рубленными и цельномышечными. Потребление колбас в России впервые за последние десятилетия начало сокращаться, уступая место охлажденным мясным продуктам как в кусках, так и в рубленых полуфабрикатах. Эта тенденция диктуется потребительским спросом, который начал уставать от дешевых пельменей, котлет и колбас, «сделанных неизвестно из чего» и замороженных субпродуктов. Зарождающийся сегмент фуд-сервиса – редкая и реальная возможность применения мясоперерабатывающих технологий, способный поглотить значительное количество продуктов из мяса и птицы.

 

Птицеводам же придется труднее всего. Именно сейчас, когда голова занята одной мыслью – как удержать «оборотку» – акционерам, инвесторам и топ-менеджерам придется радикально пересмотреть стратегию бизнеса, поставить реалистичные цели и найти пути их достижения. Как ни крути, российское птицеводство объективно переходит из стадии экстенсивного развития в фазу интенсификации, что требует абсолютно новых подходов к ведению бизнеса. Среди них – расчет эффективности по реальной себестоимости, а не на основе господдержки и субсидий, точный маркетинговый анализ и гибкость коммерческой политики (но не в смысле демпинга и «слива»), борьба за долгосрочные контракты и лояльность своих клиентов, оперативная закупочная политика, оптимизация процессов и трудовых ресурсов, применение наиболее эффективных методов выращивания и переработки птицы, внедрение систем учета и контроля себестоимости по всей производственной цепи. В конечном итоге, все производственные показатели должны иметь жесткий денежный эквивалент, чтобы можно было гибко управлять ими для достижения конкретных финансовых, экономических, а не чисто производственных целей. Что толку от рекордно низкой конверсии или гигантских привесов, если они достигается дорогими кормами? Или от высокой сохранности, если количество циклов или плотность посадки не дают требуемого количества мяса с квадратного метра птичника? Частным компаниям предстоит посмотреть на птицеводческий бизнес как на максимально эффективную конвертацию денег в деньги через корма и поголовье, а не только как на социально значимый проект, по определению обязанный создавать рабочие места и выполнять стратегию продовольственной безопасности. Времена победных рапортов о приросте объемов производства десятками и сотнями тысяч тонн уже позади.

 

Придется выявлять и по копеечке на килограмм собирать возможности экономии, вкладывать их в наиболее перспективные продукты и услуги, дающие конкурентные преимущества. Придется учиться, открывать и отрабатывать новинки, экспериментировать и выстраивать птицеводческий бизнес, который и через год, и через несколько лет, и через нынешние и будущие рецессии и кризисы утвердит Россию в качестве достойного участника мирового рынка мяса птицы, способного прокормить не только саму себя и своих соседей, но и другие страны, которым не дано сколько воды, земли и высокообразованных людей.

 

 

Альберт Давлеев

 

Вице-президент Международной программы развития птицеводства

Президент консалтинговой компании AGRIFOOD Strategies

Поделиться: