Архитектор Заха Хадид: от «паршивой овцы» до вершин славы

Архитектор Заха Хадид: от «паршивой овцы» до вершин славы

18 Августа 2015
Архитектор Заха Хадид: от «паршивой овцы» до вершин славы

Заха Хадид – возможно, самый необычный архитектор в мире. Журналы пестрят фотографиями все новых ее проектов, один причудливее другого, которые она реализует в самых разных уголках планеты. Параллельно на страницах газет и в Сети мелькают статьи, в которых работы Захи Хадид то превозносят до небес, то называют позором современной архитектуры.    

Она входит в список ста самых влиятельных женщин Великобритании и в двадцатку наиболее знаменитых арабок мира. Ей приписывают скандальные высказывания, которых она не делала, у нее воруют идеи проектов. Она успевает судиться с обидчиками, путешествовать по всему миру, создавая здания, нарушающие все законы геометрии, как будто пришедшие из далекого будущего, и в свои 64 года все так же полна творческой энергии и смелых замыслов.

 

Ученица русских авангардистов

 

Судьба как будто с раннего детства готовила ее к чему-то необыкновенному. Родившись в столице Ирака Багдаде в состоятельной мусульманской семье, Заха Хадид ходила в католическую монастырскую школу, затем посещала занятия в местном Американском университете, а в 19 лет упаковала чемодан и бесстрашно отправилась в Лондон – изучать архитектуру.

Ей повезло с наставниками: они давали ей возможность для самовыражения, не душили порывы ее буйной творческой фантазии. Но сама Заха главными своими учителями всегда считала русских авангардистов начала ХХ века, называя, например, имена Казимира Малевича и Лазаря Лисицкого. По мнению Захи, именно их ранние работы помогли ей уйти от традиционных архитектурных линий и начать поиск собственного пути в профессии, создавая асимметричные супрематистские композиции. От русских же идет и склонность к всегда присутствующим в ее архитектуре «общественным пространствам», как бы побуждающим людей к единству на основе коллективной деятельности.

Ее называют представителем деконструктивизма в архитектуре, подчеркивая «визуальную усложненность» ее проектов, «изломанные и нарочито деструктивные формы», характеризуя ее архитектуру как «антигравитационную» и «скалистую». При этом даже недоброжелатели, а их сколько угодно, не могут не признать, что зданиям, спроектированным Захой, присущи особый динамизм и мощная энергетика. Ее проекты сложно описать словами даже специалисту: чтобы почувствовать всю их экспрессию, это нужно увидеть своими глазами.

 

Против течения

 

Между тем первые полтора, а то и два десятилетия своей карьеры Заха Хадид работала преимущественно «в стол». Ее насмешливо называли «бумажным архитектором». Проекты Хадид вызывали интерес со стороны наиболее «продвинутой» части архитектурного сообщества и восторг любителей новизны, побеждали на профессиональных международных конкурсах, но до их воплощения «в камне» дело доходило редко: слишком уж необычны, смелы, «футуристичны» они были, намного опережая свое время.

Один из примеров ее нереализованных идей – представленный в 1995 году проект здания Оперного театра в заливе Кардиффа, столицы Уэльса, на юго-западе Великобритании. Проект был назван вычурным, непонятным широкой публике, сам архитектурный стиль Хадид многие тогда считали экстремальным, и в итоге деньги на строительство здания собрать так и не удалось.

 

Право на своеобразие

 

Однако вера в саму себя, в свой талант и предназначение заставили ее продолжать работу еще упорнее. Сдаваться, идти на компромисс, проектируя более «нормальные», традиционные сооружения, Заха не собиралась. Только двигаясь вперед и создавая все новые образцы своего неповторимого архитектурного стиля, она могла надеяться на успех. Она основывает и возглавляет студию «Архитекторы Захи Хадид» (ZHA).

В то время, как вспоминает сама Хадид, она спала не более четырех часов в день – так сильно ее захватывала работа. Потребность творческого самовыражения была столь велика, что Заха одновременно писала картины и графические работы, создавала театральные декорации, занималась дизайном мебели, разрабатывала модели обуви и даже бижутерии. Но главной страстью, конечно, оставалась архитектура.

Постепенно слава «странной архитекторши» росла, а вместе с ней и доверие со стороны клиентов в разных странах, понемногу учившихся принимать и ценить ее своеобразный творческий почерк. Среди наиболее известных проектов Хадид, воплощенных на рубеже веков, – лыжный трамплин в Инсбруке (Австрия), Центр современного искусства Луиса и Ричарда Розенталей (Огайо, США), научный центр в Вольфсбурге (Германия) и отель «Пуэрто Америка» в столице Испании Мадриде.

 

Время признания

 

Настоящий прорыв произошел в 2004 году, когда Захе Хадид была вручена престижная Притцкеровская премия, присуждаемая за выдающиеся достижения и инновационные идеи в архитектуре. Церемония вручения этого архитектурного аналога знаменитой Нобелевской премии, учрежденного в 1979 году, ежегодно проходит в одном из исторических зданий мира. Случилось так, что Заха получила эту почетную премию в России – на родине своих учителей-супрематистов. Это произошло в здании Эрмитажного театра в Петербурге. Кстати, она стала первой женщиной и первой мусульманкой, удостоившейся Притцкеровской премии.

После такого признания заказы начали поступать один за другим. Впрочем, это отнюдь не значит, что право работы над крупными проектами ей доставалось легко: большинство из них завоевывалось в жесткой конкурентной борьбе с именитыми коллегами. Но творческое соревнование никогда не пугало эту выдающуюся особу.

В 2012 году Заха Хадид стала Дамой-Командором ордена Британской империи. Возглавляемая ею студия в настоящее время насчитывает более 350 сотрудников, каждый из которых считает за честь быть членом ее команды. Ежегодно студия получает призы и награды престижных профессиональных конкурсов и выставок. Такой успех имеет и вполне материальное выражение: в прошлом году компания ZHA в общей сложности заработала почти $74 млн. – на $16 млн. больше, чем годом ранее. Такой прирост дали новые проекты в Латинской Америке, в частности в Бразилии, а также на Ближнем Востоке и в Австралии.


Мысли о любимой профессии

 

Заха Хадид не очень-то жалует журналистов и редко дает интервью. Но совсем недавно, в конце февраля, она согласилась быть гостьей и собеседницей популярного в Великобритании телеведущего Алана Элканна. Их беседа проходила в Королевской академии искусств.

Говоря о развитии своей творческой карьеры, Заха вспоминает, что всегда чувствовала тяжеловесность и излишнюю массивность традиционных зданий. Их «геометризм» и монолитность облика вызывали в ней чувство протеста. Она стала искать для своих проектов более естественные, «текучие» линии, часто повторяющие природные силуэты. Например, недавно спроектированное ею здание штаб-квартиры одной из компаний в ОАЭ своими очертаниями напоминает дюны, что характерно для местного ландшафта. Заха призывает учитывать взаимовлияние места застройки и проекта: по ее мнению, место формирует проект, но и проект создает определенную среду, воздействует на жизнь людей вокруг него.

Новейшие технологии, цифровые и визуальные, как считает Заха, конечно, изменили характер работы над проектом, облегчив многие операции. Она особенно отмечает появившуюся благодаря этим технологиям «бесшовность», понимая под этим не только дизайн проекта, но и весь плавный и достаточно быстрый процесс перехода от него к инженерным работам и непосредственно к строительству объекта.

 

Девушки, вперед!

 

Одновременно с проектированием Хадид много и увлеченно преподает. Она работала в престижном Колумбийском университете, постоянно ведет мастер-классы в нескольких архитектурных школах, в частности в Вене. По ее мнению, преподавание дает ей очень много в профессиональном плане, поскольку «обучая, ты учишься сам». Кроме того, лучшие из ее бывших учеников сейчас работают в студии ZHA.

Говоря о сложностях своей профессии, Заха Хадид отмечает, что ей в начале карьеры было тяжело втройне: как женщине, как иностранке и как представителю «нетрадиционного» направления в архитектуре. Заха надеется, что ее положительный пример вдохновит других представительниц слабого пола, поможет им стать более активными и уверенными в себе. По мнению Захи, среди студентов-архитекторов талантливых девушек обычно даже больше, чем юношей, но затем дамы, как правило, сходят с дистанции, видимо, не выдержав «гонки с препятствиями».

Вообще Хадид тепло говорит о молодежи, но предупреждает: «Хотите спокойной жизни, нормированного рабочего дня? Тогда вам не нужно идти в архитекторы». Кроме того, профессия архитектора требует от него быть и художником, и инженером, и экономистом, и даже дипломатом, поскольку необходимо уметь общаться с клиентами.

Впрочем, дипломатическим талантом сама Заха, по ее признанию, не обладает. Она просто не признает никаких авторитетов. Например, при всей своей любви к Риму и успешной работе там над проектом здания Музея современного искусства, она открыто заявляет, что Рим «парализован своей историей» и что «ему нужна встряска».

 

По морям, по волнам…

 

Высокий уровень востребованности в наше время неизбежно связан с частыми деловыми поездками, о чем Заха говорит со вздохом. С годами межконтинентальные перелеты уже не так легко даются ей, как в молодости. К счастью, во многих поездках ее могут заменить сотрудники студии ZHA, и все-таки путешествовать ей приходится немало.

С нежностью относясь к Лондону и сохраняя свой офис именно там, Заха Хадид тем не менее не так уж много работает в Великобритании. Из крупных ее проектов на Британских островах можно, пожалуй, назвать Дворец водных видов спорта в Лондонском олимпийском парке и здание Онкологического центра в Шотландии.

Заха всегда хотела работать над проектами на родном для нее Ближнем Востоке, и в последнее время ее желание сбывается. Несколько лет назад завершен мост в Абу-Даби, в прошлом году началось строительство Оперного театра в Дубае, продолжается работа над уже упомянутым зданием штаб-квартиры одной из известных компаний в эмирате Шариах. Несколько крупных проектов разработано в последние годы для Китая. Кроме того, Заха была главным архитектором Центра Гейдара Алиева в Баку.

А вот в России, к сожалению, ее работ до обидного мало: бизнес-центр Dominion Tower да футуристический особняк на Рублевке. Между тем Хадид всегда с доброжелательным интересом говорит о нашей стране, не устает восхищаться дизайном станций Московского метрополитена.

 

 

Успешные тоже плачут

 

Хотя до настоящих слез у Захи Хадид дело вряд ли доходило, желающих уколоть преуспевающую «архдиву» хоть отбавляй. Например, прошлым летом именитый американский критик Мартин Филлер в своей статье обвинил Заху Хадид в «бездушном отношении» к тем невыносимым условиям, в которых строители работают над осуществлением ее проекта стадиона в Катаре к чемпионату мира по футболу 2022 года. Поводом послужила вырванная из контекста фраза архитектора о том, что ее работа – проектирование, а не обеспечение условий строительства. Заха подала в суд иск о клевете. Потребовалось более полугода на то, чтобы критик публично извинился, признав, что злосчастная фраза, сказанная Хадид, была произнесена за несколько месяцев до начала строительства стадиона в Катаре и не могла быть связана со здешними условиями работы.

Не отстают и некоторые коллеги, открыто завидующие профессиональным успехам Захи. Так, один из ведущих японских архитекторов, Арата Исозаки, в прошлом году заявил, что «шокирован отсутствием динамизма» в проекте будущего Олимпийского стадиона в Токио, предложенном Хадид, и считает его огромной ошибкой. Другие его коллеги и соотечественники пошли еще дальше, назвав проект Хадид «позором», недопустимым на территории их страны. Заха Хадид отнеслась к этим нападкам весьма болезненно, главным образом потому, что считала этих японских коллег своими друзьями. Но и в долгу не осталась: назвала их в печати лицемерами, не желающими допускать иностранцев на свою территорию. И добавила, что выиграла конкурс на лучший проект токийского стадиона в честной конкурентной борьбе.

Как многим успешным творческим людям, Захе Хадид пришлось иметь дело и с бессовестным пиратством, копированием ее работ. Так, спроектированный ею в Поднебесной, неподалеку от Пекина, торгово-деловой комплекс Wangjing Soho неожиданно обрел «брата-близнеца» в китайском же городе Чунцине. Причем пиратский комплекс по срокам строительства даже несколько опережал законный, что навело сотрудников ZHA на мысль о произошедшей краже чертежей проекта.

Впрочем, Заха не стала раздувать дело о краже и архитектурном плагиате. Скорее всего, потому, что в Китае ей еще работать и работать. Сейчас ZHA заканчивает проект колоссального здания терминала нового Пекинского аэропорта, который станет одним из крупнейших в мире, с пропускной способностью 45 млн. пассажиров в год.

Это ее первый аэропорт. Но, скорее всего, далеко не последний. Впереди ждут новые высоты. И Заха Хадид к ним готова.

Поделиться: