Государство закрывает серую зону между полем и экспортным терминалом

Элеваторы мощностью от 50 тысяч тонн теперь под плановым надзором. За этим решением, как всегда, не только забота о качестве экспорта, но и вполне конкретные последствия для тех, кто работает в поле и на приёмке.

Из «среднего риска» — в «высокий»

Правительство перевело зернохранилища мощностью от 50 до 100 тысяч тонн в категорию «высокого риска», и с точки зрения регуляторной логики это решение выглядит вполне последовательным. Раньше такие объекты числились в категории «среднего риска» и плановых проверок не видели вовсе, то есть формально существовали в зоне, где государство присутствовало лишь номинально. Теперь картина меняется: раз в два года обязательная проверка, плюс ежегодный профилактический визит с отбором проб, всё под надзором Россельхознадзора.

Для рынка это не просто административное переименование статуса. Надзорный периметр сдвинулся вниз, и если прежде под регулярным контролем находились преимущественно крупнейшие объекты, то теперь под него подпадает значительная часть того, что принято называть «средним звеном» хранения. Именно через это звено проходит немалая доля зерна, которое движется от хозяйства к экспортному терминалу, и именно здесь исторически накапливалась наибольшая неопределённость в данных.

Официальная позиция заключается в повышение прозрачности оборота зерна и улучшение качества экспортной продукции. Страны-импортёры действительно ужесточают требования к российскому зерну, а после переориентации экспорта на новые рынки сбыта цепочки поставок заметно усложнились и удлинились, что само по себе создаёт дополнительные риски для прослеживаемости груза.

Реэкспорт, посредники и логика прослеживаемости

После того как российский зерновой экспорт переориентировался на дружественные страны, структура поставок претерпела заметные изменения. Число посредников в цепочке выросло, реэкспортные схемы стали если не нормой, то вполне привычной практикой. В такой конфигурации отследить, что именно и в каком состоянии прошло через конкретный элеватор, становится значительно сложнее, особенно когда между производителем и конечным покупателем стоят два-три промежуточных звена, каждое из которых работает по своим документам и в своей юрисдикции.

Контроль, по замыслу авторов постановления, должен накрыть именно средние хранилища и перевалочные мощности — туда, где цепочка наиболее уязвима с точки зрения достоверности данных. Задача состоит в том, чтобы сократить расстояние между моментом приёмки зерна и экспортной декларацией, убрать серые зоны, в которых качественные показатели продукции могут меняться без какой-либо фиксации.

Расхождения между фактическими объёмами зерна и тем, что отражается в отчётности, давно не составляют секрета для профессионалов отрасли. Ежегодные профилактические визиты с отбором проб переводят мониторинг из режима реагирования на инциденты в режим постоянного наблюдения — и это принципиально меняет характер присутствия государства на элеваторе.

Кто заплатит за порядок

Новые требования распределяются по рынку крайне неравномерно, и это, пожалуй, самое существенное, что стоит за сухими формулировками постановления. Крупные агрохолдинги с собственными аккредитованными лабораториями, выстроенным документооборотом и штатом специалистов по взаимодействию с надзорными органами пройдут плановую проверку без особого напряжения — для них это рутина, встроенная в операционный ритм. Средние и мелкие трейдеры, работающие с теми же элеваторами, но не располагающие сопоставимой инфраструктурой, окажутся в принципиально иной ситуации, так как им придётся либо срочно выстраивать внутренние процессы под новые требования, либо нести расходы на внешнее сопровождение проверок, либо постепенно уходить с рынка.

Часть этих издержек неизбежно перейдёт к производителям. Элеваторы будут закладывать выросшие административные расходы в стоимость услуги хранения, и аграрии, сдающие зерно на средние хранилища, почувствуют это на цифрах. При нынешней марже в растениеводстве, которая у многих хозяйств и без того балансирует на грани, дополнительная нагрузка становится вполне осязаемым сокращением рентабельности.

Постановление уже содержит намёк на то, что в перспективе контроль могут распространить и на более мелкие хранилища. Если этот сценарий реализуется, а логика регулирования, как правило, движется именно в сторону расширения охвата, давление на некрупных участников рынка продолжит нарастать, и зерновой рынок будет двигаться к дальнейшей концентрации вокруг больших структур. Не как задекларированная цель, а как неизбежное следствие того, как устроена регуляторная нагрузка, когда она одинакова по форме, но принципиально разная по весу для участников разного масштаба.

Источник: «АПК Эксперт»