Маркировка против фермеров: почему малый агробизнес просит защиты у президента

Маркировка молочной продукции уже привела к массовому закрытию малых переработчиков, хотя фермеры предупреждали об этом заранее, но их не услышали. Теперь Минпромторг предлагает с 1 сентября распространить маркировку на овощи, фрукты, рыбу, мясо, колбасу и десятки других позиций. Ассоциация «Народный фермер» обратилась напрямую к президенту с просьбой создать реестр производителей, освобождённых от этого требования. Что стоит за этим обращением и почему цена вопроса для малых хозяйств измеряется не штрафами, а закрытием?

Первый удар пришёлся по молочной отрасли

История с маркировкой молочной продукции стала для фермерского сообщества наглядным примером того, как административное решение, принятое без учёта реальных возможностей малого производства, приводит не к прозрачности рынка, а к его сжатию. Маркировка молочки вводилась поэтапно с 2021 года, в 2024 году её распространили на КФХ и сельскохозяйственные производственные кооперативы. «Народный фермер» предупреждал о рисках заранее — предупреждения не были услышаны, и в итоге начались массовые закрытия малых переработчиков молока, а производство в секторе снизилось.

Теперь Минпромторг предлагает с 1 сентября расширить маркировку на принципиально новый круг продукции. В перечень входят замороженные картофель и другие овощи, свежие и замороженные фрукты, замороженные и консервированные грибы, орехи, замороженная рыбная и мясная продукция, морепродукты, полуфабрикаты из мяса и птицы, субпродукты, животные жиры, охлаждённое мясо птицы, колбасные изделия, пищевой сладкий лёд, замороженные хлебобулочные полуфабрикаты, смеси для выпечки и кондитерских изделий, готовые замороженные блюда. Список охватывает большинство ключевых позиций, которые производят фермерские хозяйства и малые переработчики по всей стране.

Именно поэтому ассоциация обратилась напрямую к президенту с просьбой создать реестр сельхозпредприятий, освобождённых от маркировки. Аналог уже существует — реестр ремесленников, которых от маркировки освободили. Фермеры предлагают тот же механизм применить к сельхозпроизводителям, и это не просьба об исключении из общих правил, а запрос на признание того, что малое производство и крупный промышленный игрок — разные субъекты с принципиально разными возможностями.

Цена входа в систему

Проблема с маркировкой для малых хозяйств не в принципиальном несогласии с идеей прослеживаемости продукции, а в том, что затраты на внедрение системы несоразмерны масштабу бизнеса. Затраты на маркировку в среднем составляют 1 миллион рублей при выручке хозяйства в 2,5–3 миллиона рублей, то есть система съедает от трети до половины годового оборота ещё до того, как хозяйство получает хоть какую-то отдачу. Производственные процессы в целом подорожали из-за маркировки на 30–50%, а у малых производств до 70%.

Источники роста затрат конкретные. Внедрение системы потребовало увеличить штат и фонд оплаты труда, закупить специализированное оборудование, оплачивать членские взносы. При этом в ряде удалённых регионов маркировка технически затруднена из-за нестабильного мобильного интернета и отсутствия возможности его обеспечить, то есть часть хозяйств оказывается в ситуации, когда они формально обязаны выполнять требование, которое физически не могут выполнить в силу инфраструктурных ограничений, никак от них не зависящих.

Последствия этой арифметики предсказуемы. По оценке ассоциации, до 70% малых предприятий перейдут в серую зону. Часть хозяйств просто прекратит работу или сократит ассортимент, но не потому, что нарушает закон, а потому что легальная работа в предложенных условиях становится финансово невозможной. Именно этот сценарий уже реализовался в молочном секторе, и фермеры указывают на него как на прямой прецедент для остальных отраслей, попавших в новый список.

Контрафакт не исчез

Официальная цель маркировки — борьба с фальсификатом и контрафактом. Фермеры указывают, что эта цель не достигнута, а контрафакт продолжает поступать на полки, несмотря на введённые требования. При этом административная и финансовая нагрузка от системы в полной мере ложится на легальных малых производителей, у которых нет ни ресурсов крупного агрохолдинга, ни возможности переложить затраты в цену без потери рынка сбыта.

Позиция фермерского сообщества при этом не сводится к полному отказу от системы прослеживаемости. Запрос на реестр освобождённых производителей — это попытка разграничить субъектов по реальным возможностям, а не по формальному статусу. Ремесленники такое разграничение уже получили, и прецедент существует. Вопрос в том, будет ли этот же подход распространён на сельхозпроизводителей до 1 сентября, когда новый список продукции может вступить в силу.

Для хозяйств, работающих с продукцией из нового перечня Минпромторга, сентябрь — это конкретный дедлайн, после которого либо придётся вложить деньги в систему маркировки, либо сократить ассортимент, либо уйти в серую зону. Ответ на письмо к президенту и дальнейшая судьба инициативы определят, по какому из этих сценариев пойдёт значительная часть малого агропроизводства в России.

Источник: «АПК Эксперт»